19 марта 1944 года - был освобожден лагерь смерти Озаричи
Виртуальная экскурсия Концлагерь «Озаричи»
78 лет назад 19 марта для узников Озаричских лагерей смерти стал вторым днем рождения. Дата, когда воины 65-й армии генерала Павла Батова освободили более 33 тысяч человек. В Калинковичском районе на месте трагических событий в этот день проходит траурный митинг. К памятнику жертвам нацизма ложатся венки и цветы. В том числе от бывших узников из Беларуси и России...
В Озаричах нацистами было уничтожено почти 20 тысяч мирных жителей. Людей использовали как тифозные мины. Именно по такому принципу гитлеровское командование создало в марте 1944 года в белорусских болотах три лагеря смерти. Более 50 тысяч женщин, детей и стариков, зараженных тифом и умирающих под открытым небом, должны были вызвать эпидемию в наступавших советских войсках. Выжившие в этом аду на болотах дети, сегодня уже седовласые пенсионеры, спустя три четверти века помнят тот жуткий март.
Гнали, как скот
14 марта 1944 года жизнь 15-летней девушки из деревни Дербин Антонины Верас изменилась кардинально. Казалось, все и так разрушено войной: дом, деревня, семья... Но оккупанты придумали новые зверства, со слезами вспоминает Антонина Евменовна:
— Сельский староста сказал всем выйти на митинг. Потом меня, маму, младших сестру и брата погнали в колонне к Озаричам. Туда стекались людские потоки. Бабы, дети, старики в лаптях, портянках, даже босиком шли под конвоем… К вечеру нас всех загнали на болото, обнесенное колючей проволокой. Прямо на входе умер мой старенький дед Савелий. Женщины, пока у них были силы, сосновыми сучьями вырыли яму и положили туда тело. Потом людей уже не хоронили. Трупы валялись кругом. Тифозные вши были огромные — словно муравьи. Тело зудело. Расчесывали его до крови. Вокруг грязь, холод, смерть, голод. Немцы кидали редкие буханки хлеба через ограждения. Но есть их было невозможно — внутри спрессованные опилки. Воды нет, от тифа поднялась температура, и мы все просили пить. Помню, мой младший братик вырыл между трупами ямку и носил своей шапочкой нам, обессиленным, набиравшуюся туда воду. Эта была жижа с фекальными и трупными ядами. Но мы выжили...
Выживали не все. Лагеря смерти просуществовали здесь всего 10 дней, но унесли жизни почти 20 тысяч мирных жителей Гомельской, Смоленской, Орловской и Брянской областей. Их немцы угоняли при отступлении.
Идея создания заградительного биологического оружия была предложена главными военными биологами рейха — Блюменталем и его помощником Гейманом, одобрена Гитлером. Пленных держали под открытым небом без еды и воды и заражали сыпным тифом. Это был масштабный проект, в котором могли задействовать сотни тысяч жителей Беларуси, рассказывает руководитель музея «Памяти жертв Озаричского лагеря смерти» Зинаида Хлебовец:
— У немецкого командования были планы о создании подобных лагерей от Припяти до Западной Двины, вдоль Восточного вала. На тот момент они рассматривали население Беларуси фактически как скот. Здоровых мужчин и женщин старше 15 лет угоняли на работы в Германию, остальные должны были стать тифозными минами. Стремительное наступление наших войск не позволило реализовать масштабный проект. На болотах нацисты успели создать только три лагеря: крупнейший — рядом с Озаричами, еще два — возле деревень Подосинник и Дерть. Кстати, количество жертв, скорее всего, превышает официальные данные. Тысячи людей погибли по дороге в лагеря смерти. Они неделями шли по морозу, их расстреливали за любую провинность…
<blockquote>СПРАВКА «СБ»В Озаричах тысячи жизней удалось сохранить благодаря пенициллину — это один из первых случаев использования советской медициной антибиотиков.</blockquote>
Обманувшие смерть
Из 33.480 освобожденных на Озаричских болотах 15.960 — дети. Они обманули смерть, выжили назло планам Гитлера. Нине Белой тогда было всего полтора года, страшные истории прошлого она знает по рассказам матери:
— Моя маленькая жизнь висела на волоске. Еще по дороге в лагерь у матери немцы вырвали котомку и бросили на обочину. Она со мной на руках пошла за ней. Гитлеровец прицелился в мать из автомата, но, увидев ребенка, пожалел: просто ударил прикладом, сломал ей руку. На смертельном болоте я выжила лишь потому, что мать клала меня к себе под одежду на голое тело и так согрела, спасла.
Еще 17 марта советские разведчики обнаружили заминированные лагеря, полные больных людей. Эвакуация продолжалась до обеда 19 марта. Именно этот день стал потом датой освобождения. Эти мгновения хорошо помнит Александр Пинчук, ему тогда было одиннадцать:
— Казалось, ужасу не будет конца. Мы просыпались среди трупов, а многие спали на трупах, но это было лучше, чем на снегу. Постоянная жажда от тифа... И тут в один из дней вдруг стало тихо. Гитлеровцев не видно на вышках. Многие полезли через «колючку», но стали взрываться. Потом ворота открылись и мы увидели наших солдат. Это было второе рождение.
План нацистов не сработал. Хотя в передовых частях Красной Армии, освобождавших узников, вспыхнул тиф. Умерли еще 5 тысяч человек, но эпидемию удалось остановить. Армии Рокоссовского устремились на запад.
Память под соснами
Огромные сосны у монумента над болотом — свидетели ужасов 75‑летней давности, но они не могут ничего рассказать. Настоящим первооткрывателем озаричской трагедии для широкой общественности стал историк и краевед Владимир Макатров. В 1951 году он приехал с Могилевщины в Озаричи работать школьным учителем истории. Здесь от столетнего дедушки, у которого снимал квартиру, впервые услышал рассказы о лагерях смерти. Время было страшное и странное, вспоминает Владимир Лазаревич:
— На Международном трибунале в Нюрнберге фигурировали документы о преступлениях гитлеровцев в лагере уничтожения Озаричи. Тем не менее до смерти Сталина в 1953 году узники боялись рассказывать свои истории. Ведь раз был в лагере — значит, предатель. В середине пятидесятых мне с трудом удалось разговорить первых девять человек, среди них были мои ученицы. Потом мы установили небольшой обелиск у болот. Постепенно начали собираться на 19 марта узники лагерей. В конце 1980‑х здесь открыли мемориал. К сожалению, до сих пор из‑за бюрократических моментов лагеря смерти так и не имеют статуса концлагерей. Их узники не получили никакой компенсации за зверства нацистов. Но все же главное — чтобы мы не забывали, через какие ужасы пришлось пройти нашему народу, чтобы победить и быть свободным.
Владимир Макатров.
,,БЕЛТА
